С М О Т Р И Т Е   В   Э Ф И Р Е   2 5   С Е Н Т Я Б Р Я
Игровой сюжет о наделённых властью мужах, решающих важные, принципиальные вопросы. Игровой сюжет о том, как наш персонаж «учит» работать гастарбайтеров из недалёкого зарубежья... Игровой сюжет о «новых веяниях» в театральной жизни...
Дело принципа
Понаехали
Оптимистическая трагедия
о проекте
конкурс                new!
пресса о нас
анекдоты              new!
доска почета
архив журналов
добро пожаловаться
за кадром              new!
партнеры
на главную


Конкурс
Получено сценариев: 613
Из них принято: 54
Из них снято: 41

Вниманию конкурсантов!

Участники конкурса:

Дробиз Г.,
г.Москва
"Абсолютный слух"
Принят
Шинкарук С,
г.Хмельницкий
"Добрая душа"
Принят
Натапов Л.,
г.Москва
"Колхозные перспективы"
Принят
Микунов Е.,
г. Киев
"За туманом"
Принят
Ковбас Н.,
г.Москва
"Все как у людей"
Принят
Остальные участники конкурса >>>>>


Пресса о нас

Журнал «Сомелье» Екатеринбург

Игорь Угольников: «Телятина требует нежности»

Игорь Угольников — актер по профессии, трудовому опыту и образу жизни. Широкую известность приобрел, снимаясь в пародийном постперестроечном шоу «Оба-на». Успел побывать в руководстве Второго канала, около года был директором московского Дома кино, сегодня является директором киножурнала «Фитиль» и ни на секунду не прекращает актерской, продюсерской и режиссерской деятельности. Успел воплотить на сцене массу классических театральных ролей, но мечтает сыграть очень отрицательного человека, ненавистного, но умного. Например, Мюллера или полковника Кудасова. Тем не менее, в Екатеринбург г-н Угольников привез развеселый спектакль «Оскар» из французской жизни и с удовольствием ответил на вопросы журнала «Сомелье» в невероятном антураже кафе-музея «Демидов», где в первые минуты пребывания даже как-то непонятно, чему в первую очередь следует уделить внимание. То ли отменно приготовленным блюдам и напиткам, то ли волшебным и вполне действующим экспонатам уральской старины, количество которых в «Демидове» превышает всякие пределы воображения. Осмотревшись, г-н Угольников не преминул воздать должное соленым грибочкам, холодному рыбному ассорти и наваристой, отменной ухе по-демидовски с расстегаями. Мы тоже сконцентрировались, и беседа вошла в положенное ей русло в традициях журнала.

— Здравствуйте, Игорь.
— Здрасьте, господа. Ага, вот и журнал ваш. Ну-ка, ну-ка. Начнем разговоры наши разговаривать знаете с чего? Корреспондент одного винного журнала, я не буду его называть, задал мне такой первый вопрос, причем категорично так: «Вы водку пьете?» Я говорю, дескать, бывают случаи, когда это необходимо. А он: «И что вы теперь со мной после этого не будете разговаривать?» А я говорю, буду, мол. Мы поговорили и про вино тоже и про коньяк. Да, я пью водку, особенно, когда становится прохладно, зима наступает. Или мы находимся в пути, на гастролях, особенно когда русская кухня. Ну трудно под русскую кухню позволить себе пить Pommerol. Определяет всегда место, где мы находимся. Вот когда я приезжаю во Францию, я забываю про все крепкие напитки, даже мой любимый коньяк не проходит. Там просто сама атмосфера, еда, воздух, красота вокруг обязательно предполагают вино. Поэтому мы стараемся думать о том, что надо делать, а делаем, что нужно. (В сторонку.) Надо это записать. Ну а теперь задавайте ваши вопросы, и вы получите исчерпывающие ответы.

— Позвольте начать с того, с чем вы приехали в Екатеринбург?
— Я приехал сюда с несколькими очень приятными мне людьми, актерами спектакля Оскар. Это Володя Еремин, Алена Бондарчук, Наташа Варлей, Катя Климова, Таня Лютаева и Люба Толкалина, а также Сережа Таланов и Саша Носик. Вот труппа этого спектакля. И хотя он антрепризный, но сделан по всем законам настоящего театра. Здесь красивая декорация, очень смешная, правильно построенная известная пьеса, прекрасная музыка, костюмы, в общем, все то, без чего театр не может и не должен жить. Пьеса французского драматурга была адаптирована Аркадием Аркановым еще для советской, а теперь и для российской драматургии.

— А чем был вызван выбор пьесы?
— Ее предложили мне режиссер-постановщик Петр Штейн и продюсер Евгений Морозов как просчитанную ими в смысле успеха. Потом мне приятно, что в этой роли были и Луи де Фюнес, и Сталлоне, сейчас ее играет Депардье в Комеди Франсез. С одной стороны, очень лестно, а с другой — там есть что играть. Это очень важно.

— Практически во всех ваших интервью прослеживается неприятие «Аншлага» и ему подобных программ. Скажите, вы можете разделить публику, которая ходит на ваши спектакли и ту, что смотрит такого рода проекты?
— Ну, во-первых, у меня нет неприязни к «Аншлагу». А, отвечая, собственно, на вопрос — нет, не могу. Это абсолютно одни и те же люди. Мало того, и в этой программе и у нас присутствует очень важный момент — смех. И туда, и на Оскар люди ходят посмеяться, только вот вопрос — над чем смеетесь?

— И над чем же смеются у вас?
— Это комедия положений. Смеются над тем, как работают артисты. Понимаете, я не против «Аншлага», я против того, что только «Аншлаг». Пусть будет разное, но, к сожалению, руководство каналов выбирает сами знаете что. Смею надеяться, что это делается не специально, иначе это было бы совсем дико. Думаю, что если бы мы имели возможность смотреть различные программы и этот весь entertainment*, который есть в нашей стране, отличался разнообразием, было бы лучше. А зритель никогда не виноват в том, что он чего-то любит, на что-то реагирует. Он тот, для кого мы живем и работаем.

— Что происходит с прокатной судьбой вашего режиссерского дебюта — фильма «Casus Belli»?
— Прокатная судьба картины крайне проста. В России он прошел небольшим экраном, трудно было бы надеяться на что-то другое, так как в картине нет бандитов, там не стреляют, там нет никакого нового русского эпоса. Опять же у меня не было рекламных возможностей, чтобы убедить всех, что «Casus Belli» должен стоять на одной полке с «Ночным Дозором». Но отрадно, что по телевизору фильм прошел с очень большим рейтингом на НТВ в одну из суббот в прайм-тайм. Радует, что зрители оценили этот фильм, и что французский прокат был шире, чем московский и питерский. Это приятно.

— А что делается сейчас в «Фитиле»?
— Он сейчас работает. Я в эту минут сижу с вами здесь, в этом прекрасном ресторане, а в офисе «Фитиля» буквально 44 человека его делают, делают, делают. Плюс, я вот только что был на екатеринбургском Четвертом канале и договорился о том, что он будет также делать сюжеты для сатирического журнала «Фитиль».

— Схема показа остается такой же, как в советские времена?
— Да, конечно, мы ничего не меняем. Увеличился хронометраж и теперь журнал идёт не перед киносеансом, а по телевидению, отчего «Фитиль» на мой взгляд только выиграл. Мы реставрируем старые выпуски, а новые сюжеты для «Фитиля» снимаются в стилистике и традициях киножурнала. Мы очень часто снимаем продолжение старых сюжетов, и я надеюсь, что так будет продолжаться и впредь. Для меня очень важно это продолжение. Связь времен.

— В советские времена тема обслуживания и качества в магазинах и общепите частенько становилась объектом для сатирических сюжетов. Продолжаете ли вы бичевать недостатки в этой сфере в сегодняшнем «Фитиле»?
— Да, разумеется. Об обслуживании, я надеюсь, что вот как раз ваш Четвертый канал это снимет. Про ваш дом, который реконструировался по французской технологии, а жителей не выселили и они жили на стройке. И продолжают жить. Разве это не сюжет для «Фитиля»?
Конечно, мы делаем и жесткие сюжеты, особенно когда существует поручение Президента разобраться с ситуацией. Как, например, сюжет о том, что происходит с атомными ледоколами, которые переданы частным лицам и те, не то, что в бюджет страны делают какие-то отчисления от их эксплуатации, а застопорили Северный Морской путь, возят иностранцев на Северный полюс по $20 тыс. и еще требуют государственных дотаций. Секундочку, вообще-то это стратегические объекты. Ну и так далее. Существует сюжет о крупнейшем мошенничестве, с которым Госдума и Счетная палата в настоящий момент разбираются. А есть сюжеты, после которых люди попадают под следствие, а один уже уехал в места очень отдаленные. Это, безусловно, сильно и опасно, но у нас существует Счетная палата и «Фитиль» в данном случае, является ее подразделением.

— То есть, в какой-то мере, вы выполняете Госзаказ?
— Не в какой-то мере, а на сто процентов Госзаказ. Только после того как коллегия Счетной палаты решила опубликовать материалы по результатам своей проверки, я имею право, как эксперт палаты, сделать сюжет для журнала.

— А нет желания возобновить работу с «Оба-на»?
— Понимаете, это ведь был такой телевизионный капустник, телепародия, где существовали разные жанры. Тогда ничего подобного на ТВ не делали. Сейчас же похожих программ существует предостаточно — от «Городка» до «ОСП-студии», тот же «Аншлаг», все они в сущности и есть «Оба-на». Не думаю, что в эту реку надо возвращаться, особенно сегодня. Другое дело, что необходим некий проект, в основе которого будет яркая пародийность. А «Оба-на» пускай в нашей и вашей памяти останется неким приятным воспоминанием.
Кстати, вот еще вам сюжет на околобытовую тему с продолжением. Был такой пародийный ролик в одном из старых номеров: в некоем НИИ для домохозяек, которым приходится ходить по магазинам, разработали специальную сумку. Это забавно сделали: у нее отовсюду сетки выезжали, и в результате всех метаморфоз появлялся огромнейший баул. Был кадр, где женщина едва идет с этим баулом, набитым до отказа. Мы пошли еще дальше и откопали замечательный документ под названием «Потребительская корзина Российского гражданина». Оказывается все давно рассчитано — сколько нам нужно в год носовых платков, сколько мы должны съедать хлеба, масла, яиц и так далее. Когда эти цифры читаешь, становится очень смешно. Мы сняли пародийный сюжет о том, как пол-яйца кладется в этот баул, один рукав от пальто, потому что его нужно носить, кажется, пять лет… Сейчас он выходит на экраны.

— Расскажите, пожалуйста, о роли бармена, которую вы сыграли в фильме «Встретимся на Таити». Не приходилось ли вам, как Тому Крузу, брать уроки барменского искусства?
— Нет, конечно, никаких уроков я не брал, тем более что в то время к подобному делу серьезно не относились. Это был так называемый «сложный период» в истории отечественного кинематографа. Его еще называли тогда кооперативным кино, если мне не изменяет память. Очень приятно, что фильм запомнился зрителю, его до сих пор показывают по телевизору, но гордости особенной я от этой картины не испытываю. Кроме того, роль была, главным образом, не бармена, а мелкого мошенника. Да, я там чего-то смешивал, но в данном случае, это было несерьезно.

— Видимо все эти характерные движения — из личного опыта общения за стойкой?
— Именно так.

— Может, поделитесь вашим гастрономическим опытом?
— Раньше я относился к еде абсолютно просто, потому что жил на лету, на бегу, cосиска с горошком и куском черного хлеба заменяла мне практически все мировые кухни. Я просто не обращал внимания на то, что я ем. С годами я стал… не могу сказать, гурманом, по-моему, это уже нечто отдельное. Во всяком случае, гурман, это тот человек, который не позволит себе просто съесть сосиску с горошком. А у меня до сих пор всякое бывает. Так вот, постепенно я стал готовить. Начал придумывать, смотреть, что происходит вокруг, читать журналы с рецептами, подсматривать за друзьями и в этом смысле могу сказать, что уже есть кое-какие победы. Во всяком случае, в выходные, когда появляется возможность этим заняться, мои домашние приоткрывают двери на кухню, ждут, когда я сделаю что-нибудь особенное. Правда, жена все время ругается, что после меня на кухне надо ремонт делать.

— А что лучше всего удается?
— Хм-м. Из последнего… Быстрая закуска. Шампиньоны с рокфором. Наверняка, все, кто любят готовить, знают это блюдо, но у него есть одна особенность. Берется большой шампиньон, срезается ножка, внутрь шляпки помещается кусочек рокфора и кладется на гриль. Как только рокфор закипел — блюдо готово. Но! Здесь очень важно, чтобы гриль был не слишком горячим, лучше всего остывающим, иначе рокфор вытечет. Что еще? Могу на остывающем гриле неплохо приготовить кусок какой-нибудь рыбы с кунжутными семечками. Освоил соус терияки. При кажущейся простоте готовки с ним есть некоторые тонкости. Его, например, нельзя слишком перегревать. Сначала мясо или рыбу замачивают в терияки, затем кладут на сковородку, а в самом конце заливают этим соусом, чтобы не пережечь его, и уж потом подают к столу.

— Судя по такому основательному подходу, вы, должно быть, используете профессиональное оборудование и посуду?
— Нет, что вы, все самое обычное, бытовое. Кое-чего мне не хватает, но я докуплю. Хороший блендер нужен, я пока пользуюсь обыкновенным миксером, а блендер — это вещь. Особенно, когда мы говорим о котлетах, гарнире правильном.
Я могу приготовить телячью котлету, поджигая арманьяк, и котлетка будет такая, м-м, с корочкой. Французы, кстати, слово «котлета» используют не в том понимании, что мы. Для них это кусок мяса на косточке. Рецепт телячьей котлеты, кстати, очень простой. Нужно обязательно свежую, парную телятину размолоть в блендере с сухарями, добавить желток. На горячую сковородку капнуть несколько капель соевого соуса, быстренько обжарить котлетку с двух сторон, затем налить на нее арманьяк, поджечь и когда пламя станет угасать, посыпать сверху это дело кунжутными семечками. Ни в коем случае не пережигать, телячье мясо требует нежности.

— Не желаете ли перейти к алкоголю?
— Ну вот арманьяк существует главным образом для готовки, хотя после хорошего сытного обеда, как ни странно, арманьяк лучше идет, чем коньяк, в смысле дижестива. В смысле аперитива предлагаю коктейль Мохито, хоть он и считается летним, но это не правда. Конечно, для русской кухни обязательна водка, иначе она не воспринимается.
Что касается вина, здесь особый разговор. Отдыхая на побережье Франции, а я это делаю уже много лет, я пью летом розовое вино Бандоль, которое существует для французов вместо воды, особенно в жаркое время. Охлажденное розовое вино, огромное количество разных сортов продается в супермаркетах, и я его очень люблю. Мне очень нравится под мясо Chateauneuf du Pape, ну и, конечно, Bordeaux, пусть даже не очень дорогое, всегда украшает не столько стол, сколько желудок. Белые вина — c бокала Chablis нужно начинать обед.
Винный погребок у меня, к сожалению, сейчас небольшой, но после реконструкции кухни, которую я сейчас намереваюсь провести, будет обязательно специальный погребочек, где появятся отдельные вина. Но я не так к этому отношусь, как многие мои друзья, которые меня проводят в закрома и там у него уже специальные бирочки, на которых отмечено когда он его пил и обратно положил, уже смакование идет. Я смотрю на это просто — вино должно лежать для того, чтобы я в любой момент мог его выпить, как только захочется. Конечно, если вечер какой-то, прием, серьезная или несерьезная встреча, то виски — лучшая возможность не напиться за один вечер, потому что ходишь себе со стаканом со льдом и по глоточку его, по глоточку. А во-вторых, это помогает поддерживать беседу. Что касается предпочтений, то любой односолодовый виски всегда хорош и правилен. А днем. Если надо работать, а вечером, предположим, спектакль и ты хочешь сохранить настроение, то рекомендую всем рюмку текилы, потому что это все-таки бодрящий, веселящий напиток.

— Игорь, а открытия какие-то были за последнее время в смысле алкоголя?
— Были закрытия, к сожалению. Я закрыл для себя пиво, потому что меня с него разносит. Но кстати, да. В этом году во Франции я впервые попробовал Cassis, черносмородиновая такая штуковина, очень вкусная.

— Уважаемый г-н Угольников, номер у нас предновогодний, поэтому, по традиции, несколько слов для читателей журнала, сначала устно, а потом письменно.
— Что ж, с удовольствием. Кроме традиционных пожеланий здоровья, любви, благополучия, желаю всем смотреть на мир широко открытыми глазами и не переставать удивляться его красоте и людям, которые в нем живут!

* Entertainment (англ.) — развлечение.

Беседовал Алексей Лущанов









email: info@fitill.ru